Рецензия в форме открытого письма
(на книгу С.Е.Кашницкого
"Руководство по практической соционике")

Дмитрий Лытов, 30.07.2003 – 21.11.2004, Санкт-Петербург.

 

Уважаемый Савелий Ефремович,

Это письмо я написал ещё летом 2003 года, сразу после выхода Вашей книги «Руководство по практической соционике», и попросил передать его Вам. Поскольку, к сожалению, письмо так и не было передано, я внёс в него ряд изменений, прежде чем отправить его сейчас. Я также хочу опубликовать его в качестве рецензии на Вашу книгу (хотя до публикации могу его и дополнить, в том числе и с учётом Вашего ответа).

В целом, Ваша вторая книга понравилась мне гораздо больше, чем первая. Особенно понравилась идея: дать по одному «соционическому портрету» для каждого из 16 типов. На мой взгляд, именно в умении дать подробный функциональный соционический портрет лучше всего проявляется Ваше владение соционикой. При этом не могу не отметить у Вас качество, которого мне самому недостаёт: Вы хорошо умеете анализировать речь. Для меня, как для логика, подобные речевые оттенки нередко звучат как ничего не значащий «шум», и чтобы прийти к выводу о типе человека, мне необходимо проанализировать достаточно большое количество фактов из его биографии.

К негативным моментам я бы отнёс заметное в некоторых местах и характерное для интуитов стремление «дорисовать картину», вывести «закон» из всего лишь одного-двух случаев. Особенно плохое впечатление такая поспешность производит, когда Вы пишете о политике: у читателя она может подорвать доверие к соционике, создать впечатление о её «несерьёзности».

В своём письме-рецензии я намеренно не останавливался на тех местах, где я либо с Вами полностью согласен (таких мест очень много), либо не считаю себя достаточно компетентным, чтобы спорить, либо считаю дискуссию неплодотворной.

Стр. 35. … «Р.Седых… характеризуя экстравертов, оговаривается, что у них можно заметить примерно 70% экстравертивных качеств, но 30% интровертивных».

Год назад была опубликована моя статья, где я сравнивал взгляды разных социоников на сопоставление социотипов с классическими темпераментами [Лытов; здесь и далее ссылки в квадратных скобках указывают на список литературы в конце письма]. Но у статьи был и побочный результат – мне наконец стало понятно, почему Гуленко считал, что «установки на вид деятельности» проявляются уже на дальнем расстоянии, в то время как «темпераменты» – скорее на ближнем.

Всё-таки недаром любая энциклопедия относит темпераменты к динамическим качествам личности. Т.е. к таким, которые способны довольно сильно меняться в короткие промежутки времени. Когда мы говорим, что такой-то человек интроверт или экстраверт, нас мало интересуют его кратковременные перепады настроения – мы скорее берём за основу некоторую равнодействующую, некоторое среднее значение. В отдельные же периоды общительность человека или его замкнутость может колебаться довольно сильно.

Стр. 41 и далее. «Ясность языка – ясность мышления» (глава, посвящённая Р.Зорге).

Она мне особенно понравилась тем, что Вы акцентируете внимание на ряде особенностей типа ЛСЭ, которые соционики обычно упускают из внимания, привыкнув к стереотипному псевдониму «Штирлиц». Хотя Вячеслав Тихонов – довольно яркий ЛСЭ, но не совсем таков его герой – сдержанный, немногословный, медлительный, скорее похожий на СЛИ. Отсюда в среде начинающих социоников возник ложный стереотип об ЛСЭ, как о «самом интровертном из экстравертов». Между тем, ЛСЭ довольно энергичны, любят быть в центре внимания, и разведчики хорошие из них зачастую получаются именно в силу того, что они легко заводят контакты, просты в общении – и в то же время не болтливы. На мой взгляд, не менее ярким примером ЛСЭ был другой известный разведчик Н.Кузнецов.

На стр. 58 – 62 Вы приводите пары слов-антонимов, связанных, по Вашему мнению, с 4 соционическими признаками. Например, признак «интуиция – сенсорика» Вы связывате с парами «время – пространство», «абстрактный – конкретный», «теория – практика».

Не возражая против таких ассоциаций в целом (большая их часть происходит ещё из «Тэвистокских лекций» Юнга [Юнг]), всё же не могу не высказать сожаления, что Вы ничего не написали об их практическом смысле. Ведь ассоциация как таковая – вещь опасная и может увести очень далеко от исходного смысла. Можно назвать Солнце «золотым», однако это ничего не говорит о материале Солнца – лишь о сходстве его цвета с цветом золота. И практика показывает, что подобные списки вызывают у некоторых социоников желание «типировать» по частоте употребления перечисленных слов в речи: например, говорит человек об «озарении» – значит, интуит; говорит «я чувствую» – значит, этик; и т.д.

Есть и ещё несколько проблем. Во-первых, одна и та же половина соционической дихотомии (например, интуиция) выглядит совершенно по-разному в глазах носителя и для стороннего наблюдателя; по их словам признак будет описан совершенно по-разному. Кстати, именно нежелание считаться с этим фактом приводит к тому, что ни один из соционических «тестов», приведенных в популярной литературе, фактически не работает: в этих тестах дихотомии описаны именно с точки зрения наблюдателя.

Во-вторых, многие из приведенных дихотомий могут оказаться мнимыми дихотомиями, т.е. ответ «нет» на одну из половинок вовсе не влечёт за собой автоматически ответ «да» на вторую. Это связано с тем, что, например, первая половина связана с глубокой интроверсией, тогда как вторая – с таким проявлением экстраверсии, которое лежит на границе с интроверсией. Ясно, что если человек отвергнет вторую половину, он вовсе не обязательно является глубоким интровертом – он может, наоборот, быть ярким экстравертом.

В-третьих (и это считаю самым главным), человеческие качества и соционические дихотомии – не одно и то же. Первые – конкретны, вторые – абстрактны, искусственно выделены. В подавляющем большинстве случаев слова человеческого языка, описывающие качества, могут быть локализованы на пересечении нескольких соционических признаков. К примеру, «общительность» связана не только с экстраверсией, но и с этикой; антонимы «абстрактность – конкретность» описывают различие не между интуицией и сенсорикой вообще, а между этими признаками в сочетании с признаком логика (в сочетании с признаком этика это уже будет другая пара антонимов, например, «духовность – красота»).

Стр. 73. «Янаев, вице-президент при Горбачёве – Бальзак».

Позволю себе не согласиться. Даже внешне он гораздо больше похож не на Бовина, с которым Вы его сравниваете, а на другого путчиста – Бакланова. Судя по тем биографическим материалам, которые успели просочиться в печать, пока читатели не потеряли к нему интерес – он ещё со времён своей комсомольско-профсоюзной карьеры славился как бабник и алкоголик. На третий день путча его нашли в состоянии сильнейшего алкогольного опьянения. Будучи любителем таких сенсорных развлечений, он в то же время ни особым интеллектом, ни даже замашками интеллектуала никогда не блистал (что для типа ИЛИ вообще-то странно; ИЛИ, даже не очень высоких способностей, обычно не упускает случая продемонстрировать свой интеллектуальный уровень перед остальными).

Зато если предположить, что он, как и Бакланов – ЛСИ, его поведение вполне укладывается в рамки этого типа. Для ЛСИ очень важно, чтобы под его действиями была законная основа, или хотя бы какие-то традиции. Собственно, далее к Янаеву вполне прикладывается всё то, что Вы писали о роли в путче других ЛСИ.

Стр. 74. «Им нужен экстраверт… Такого человека в обойме путчистов не нашлось».

На самом деле, среди участников путча были и дуалы этого типа – ЭИЭ. Одним из представителей этого типа мне кажется генерал армии Варенников. Вот кто проявил самую бешеную активность – он даже летал в Киев, чтобы надавить на Кравчука, он требовал применения самых решительных мер. Были ЭИЭ и среди идеологических сторонников путча (депутаты Алкснис, Бабурин).

Но особенность типа ЛСИ состоит в том, что он едва ли станет подчиняться нижестоящему, даже если тот в тысячу раз активнее и энергичнее. В лучшем случае – «примет к сведению». Именно массовый приход к власти ЛСИ и становится, на мой взгляд, «началом конца» господства 2-й квадры, поскольку в таких условиях у ЭИЭ исчезает всякая возможность попасть наверх, и когда вдруг наступают экстремальные условия – такая система уже слишком неповоротлива, лишена инициативы, чтобы этим условиям противостоять.

Стр. 81. Вы причисляете Л.И.Абалкина к типу ИЛИ.

На мой взгляд, он не ИЛИ, а ИЛЭ. И вполне закономерным был итог взаимодействия Абалкина с Горбачёвым – на словах понимание, на деле экономическая программа Абалкина была спущена на тормозах. Вместо неё Горбачёв тут же нашел «компромиссную» программу Аганбегяна. Говорить же об особой близости Горбачёва с Поповым – это явная натяжка, хоть последний и ИЛИ. Не было такого. А маленькая неточность рождает большое недоверие.

Стр. 95. Вы причисляете академика Жореса Алфёрова к типу ЛИИ.

Здесь явно сыграл свою роль стереотип: если учёный, то непременно интуит-логик. Поэтому обращусь к мнению автора серии статей о соционических типах известных учёных, представителей всех 4 интуитивных-логических типов, Марианны Лытовой (статьи были опубликованы под её прежней фамилией – см., например, [Стовпюк]). Она работает в Политехническом институте на физико-техническом факультете, декан которого – Алфёров. Поэтому ей приходилось не раз наблюдать его лично, и всё написанное ниже об Алфёрове – её собственная точка зрения.

Прежде всего, Алфёров – экстраверт. Умение много общаться и вовремя заводить нужные контакты – одна из его сильнейших черт. Вспомните хотя бы историю с получением им Нобелевской премии. Открытие – достаточно важное – сделано было им (важно подчеркнуть: в соавторстве с большим коллективом) достаточно давно, ещё в 1950-е гг. Но Алфёров нимало не обольщался насчёт того, кому премии раздаются – невооружённым взглядом было видно, что в первую очередь премии идут на Запад, и даже не столько потому, что Запад к Швеции ближе, сколько потому, что отечественных учёных крайне редко выдвигают на премию – свои же завидуют, что кто-то выделится. Поэтому следующие несколько десятков лет он умело заводил нужные знакомства, появлялся в нужных местах – и это сыграло свою роль, в соответствующий момент вспомнили, что ведь и он сделал когда-то открытие.

Открытие Алфёрова было действительно важным (причем имело важное практическое значение), но в отличие от скромных ЛИИ, посмертная слава его никак не устраивала – он приложил усилия к тому, чтобы получить премию при жизни. И, получив, сразу же стал развивать наполеоновские планы, предлагая, к примеру, значительно расширить количество студентов, обучающихся на его факультете. Экстенсивный подход (опять же вполне в духе экстраверта) даже вызвал протесты в преподавательской среде: «И без того процент отчислений среди студентов высок, зачем нам лишнее стадо баранов? Нужны корочки – пускай получают в других местах».

Но препятствия Алфёрова не смущают: он либо придумывает обходной манёвр, либо просто загорается другим, более масштабным проектом. Опять же, интроверты очень не любят идти против общественного мнения, предпочитая согласовать и пересогласовать – Алфёрова же такое противостояние не особенно и беспокоит. Деньги ведь кто выбил? Он. Значит, он и будет решать, куда их расходовать.

Едва ли стоит приписывать экстраверсии Алфёрова только отрицательные качества. Немногие в научном мире способны, как он, выбивать средства на развитие своей лаборатории. В своём коллективе он собрал немало талантливых физиков, и смог обеспечить им достаточно хорошие условия для работы и жизни даже в непростой период реформ 1990-х гг.

Довольно яркой чертой Алфёрова является любовь и умение поговорить. Причём говорить он может довольно долго, и даже произносить тосты очень любит. Ещё он любит устраивать яркие презентации, появляться на ТВ, участвовать в учреждении премии, которая по размеру не уступает Нобелевской. Опять же – где тут интроверсия?

Уже по этим фактам можно вполне предположить, что он – довольно ярко выраженный этик-экстраверт, скорее всего, именно СЭЭ. Приверженность же Алфёрова коммунистическим идеям тоже не стоит списывать на якобы присущее всем ЛИИ стремление к справедливости. Сошлёмся здесь на мнение другого Нобелевского лауреата, академика В.Л.Гинзбурга:

«Родители Ж.Алфёрова принадлежали к тому меньшинству из числа старых большевиков, представители которого не пострадали от сталинского террора. А сам Ж.Алфёров начал работать уже в послевоенные годы и мог, по-видимому, достаточно свободно ездить за границу, во всяком случае, даже несколько месяцев проработал в США» [Гинзбург, стр.519].

Так что социализм повернулся к Алфёрову самой благоприятной стороной, и уже поэтому его вполне устраивал.

Что же касается распространённого стереотипа об интуитах-логиках… Алфёров силён как организатор науки. Не как гений-одиночка, а как тот, кто умеет свести блестящие умы вместе и, обеспечив им условия работы, добиться сложения их усилий и получения коллективного результата.

Стр. 99. «Киркоров – не столь очевидный Бальзак...».

Это – одно из мест, наиболее удививших меня в книге. Почему Киркоров – ИЛИ? Неужели только потому, что женился на Пугачёвой?

Вообще «дуализация за компанию» – пока что распространённое явление в соционике. Не могу не вспомнить, как в 1992 г. на выборах в США победил Клинтон – и вскоре на заседаниях Киевского клуба соционики многие высказывают мнение о нём и его супруге, как о ярко выраженной дуальной паре (если не ошибаюсь, это мнение можно найти даже в опубликованных статьях). И наоборот, стоило лишь разразиться скандалу с Моникой – сразу начались поиски, в какой же неблагоприятный для Билла тип можно записать Хиллари. В конце концов появилась достаточно подробная статья С.Таратухина с версией СЛЭ [Таратухин], и вроде бы она расставила всё по местам. А если бы скандал случился через несколько лет (т.е. когда бы он уже был мало кому интересен), боюсь, так бы и осталась Хиллари для многих социоников эталоном типа ЭСИ (поскольку Клинтона традиционно относят к типу ЛИЭ), вводя в заблуждение их будущие поколения.

В соционической литературе есть и другие примеры «принудительной дуализации»: Л.Федосеева-Шукшина – ЭИЭ, видимо, потому, что Шукшин – ЛСИ [Стратиевская], светлейший князь Меньшиков – собрал целую коллекцию типов, неизменно оказываясь при этом дуалом Петра (только О.Карпенко пошла против общей тенденции, предложив, кажется, вполне вероятную версию – СЭЭ [Карпенко])…

Что же касается Киркорова, то он, на мой взгляд – СЭЭ, как и Пугачёва. Об этом особенно ярко говорит вся его «допугачёвская» биография. При всей своей энергичности, общительности, даже театральности, ему не хватает оригинальности (практически все его песни – это перепевы ранее исполнявшихся кем-то другим песен). Но если Пугачёва шла к своей оригинальности годами, позволив создать свой имидж самым талантливым композиторам и поэтам – то Киркоров на этот счёт особо не напрягался. Например, у него вошло в привычку использовать чьи-нибудь чужие мелодии или песни, оплачивая их автору задним числом. Обычно бывало так, что и автор доволен, и Киркорову хорошо – хотя в этой схеме происходили и сбои. Едва ли ИЛИ решился на такой, в общем-то, достаточно нахальный ход – этот тип вообще славится своей сверхосторожностью и склонностью к перестраховкам.

На стр. 113 – 122, в разделе «Социон как гармонический абсолют», Вы пишете о коэффициенте устойчивости отношений, исходя из ПСС («Периодической системы социона») Шульмана.

Несмотря на хорошие отношения с Григорием Александровичем, я не раз высказывал ему критические замечания к его ПСС.

Прежде всего, сам термин «периодическая таблица» слишком громок, он подразумевает универсальность данной методики. Между тем, пара ЛСЭ – ИЭИ – только один из возможных вариантов полярных противопоставлений внутри социона. Шульман основывает свою таблицу на том, что ИЭИ, по его впечатлению, лучше других понимают вопросы теста Майерс-Бриггс, тогда как ЛСЭ, опять же по его впечатлению, чаще всего по этому тесту «пролетают». Но разве отсюда следует универсальная полярность этих типов?

Далее, исходя из «принципа красоты», Шульман обозначает одинаковым расстоянием различие по любому признаку, будь то логика/этика или экстраверсия/интроверсия, и потом выводит из этого расстояния коэффициенты устойчивости отношений. Это тем более лишено смысла – с тем же успехом можно сравнивать метры с литрами. Это признаки, отвечающие за совершенно разные механизмы психики, несопоставимые между собой.

О том, что признаки имеют разную природу, можно судить хотя бы на простом примере: если в «формуле» дуала заменить на противоположный признак логика/этика – получится полудуал, т.е. ненамного менее комфортный партнёр. Если же изменить признак рациональность/иррациональность – получится конфликтёр, замена совершенно не равноценная.

По этим, а также по целому ряду других причин, ПСС Шульмана представляется мне совершенно непригодной для практических целей, а сам термин «периодическая система» – слишком громким для данного случая. Просто одна из классификаций.

Стр. 143. «…после Хрущёва (Наполеон), Брежнева (Бальзак)...»

Рискну высказать несогласие с определением сразу обоих деятелей, причём начать хотелось бы с Брежнева.

Ещё когда я только познакомился с соционикой, меня удивило коллективное согласие социоников по поводу типа Брежнева – ИЛИ – при довольно расплывчатых аргументах в пользу именно этого типа. Как правило, принадлежность к этому типу обосновывалась… «законом смены квадр»: дескать, была вторая квадра, а потом должен быть кто-то из третьей. Опять же, мне представляется совершенно неправомерным сам термин «закон»: пока что это всего лишь гипотеза, пусть даже и проиллюстрированная относительно краткими эпизодами из истории нескольких государств [Букалов, Бойко].

Мне было непонятно, где у Брежнева увидели «интуицию», да ещё такую сильную, как у типа ИЛИ. Если искать представителей этого типа среди деятелей его эпохи, то скорее к нему могли принадлежать Устинов, Щербицкий и Андропов. Последний вообще является очень характерным представителем типа ИЛИ. Об атмосфере «мозгового штурма» на заседаниях у Андропова довольно подробно писал Фёдор Бурлацкий, работавший у Андропова ещё в бытность того заведующим идеологическим отделом ЦК – но не экстравертного мозгового штурма, когда выбрасывается множество самых сумасшедших идей, а именно интровертного, когда одна и та же формулировка оттачивалась раз по десять-двадцать [Бурлацкий].

Однако с психологической точки зрения Андропов во многом был противоположностью Брежневу. Андропов интеллектуал – Брежнев зевает при обсуждении слишком далеко идущих вопросов, Андропов аскет – Брежнев любил весёлый образ жизни до самых последних лет. Кстати, за него в своё время и пострадал – ещё в должности бригадного комиссара на Малой земле; при переаттестации по случаю введения новых воинских званий ему припомнили его развлечения с полковыми медсёстрами, и присвоили полковника вместо генерал-майора. Можно приводить и другие детали – обо всём этом сейчас уже написано довольно много и подробно. Общей чертой обоих была разве что склонность перестраховываться, опираться на коллективное мнение, столь характерная для интровертов.

Я бы скорее согласился с мнением Филатовой, что Брежнев – ЭСИ [Филатова]. О его принадлежности к «социальным» типам свидетельствует и его любовь к простым житейским развлечениям, вроде охоты-баньки-гонки на автомобиле с высокой скоростью, и его знаменитое «аналитическая работа – не по мне, моё – это кадры» [Бурлацкий] (цитирую по памяти, могу ошибиться в одном-двух словах, но смысл именно таков), и невероятная живучесть и изворотливость, несмотря на довольно посредственный интеллект, и слезливая сентиментальность (и это ИЛИ???). Весьма удачным совпадением кажется, что Брежнева в кино обычно играл Е.Матвеев, сам довольно характерный представитель типа ЭСИ.

Что же касается Хрущёва, то он был отнюдь не экстраверт. Его эмоциональная речь в ООН, или фраза «Господин Вознесенский, вон из страны!» – довольно редкие всплески, отчасти, на мой взгляд, связанные с тем, какое количество обязанностей на него свалилось после прихода к власти. До смерти Сталина он, наоборот, был довольно скромным (что особенно заметно на фоне экстравертов Берия или Жданова – первый СЛЭ, а второй, возможно, СЭЭ). Что касается эмоциональных всплесков – то они СЭИ вполне свойственны, особенно учитывая его 2-ю функцию.

Не стоит также забывать и о подозрительности Сталина к ярким и амбициозным экстравертам, способным, по его мнению, претендовать на власть (убийство Кирова, уничтожение Тухачевского, позднее загадочная смерть Жданова, сбор компромата на Берия [Радзинский]). Выжить рядом с вождём в такой ситуации, а тем более стать политическим долгожителем, было больше шансов у интроверта. Даже если не рассматривать деятелей, о чьих типах среди социоников пока ещё нет согласия, Президиум ЦК после смерти Сталина в подавляющем большинстве состоял из интровертов.

Если же судить о Хрущёве с точки зрения квадровых ценностей – особенно в сравнении с Горбачёвым, чья принадлежность к типу СЭЭ пока не оспаривается – то тут разница будет вполне заметной:

В сфере предпринимательства: Горбачёв поощрял предпринимательство и деловую инициативу (активационная «деловая логика») – Хрущёв, наоборот, всячески с ним боролся, от громких показательных процессов, где к подпольным предпринимателям применили смертную казнь, причём «задним числом» – сначала арестовали, затем ввели меру наказания, поскольку при Сталине в Уголовном кодексе такие меры просто не были предусмотрены – вплоть до мелочной кампании против приусадебных участков (болевая «деловая логика»);

В сфере идеологии: Горбачёв был прагматиком, и ловко подстраивал идеологию под экономические цели – Хрущёв, наоборот, подчинял экономику идеологии, которую он воспринимал уж слишком всерьёз – при нём даже появился «Моральный кодекс строителя коммунизма». Такой «юношеский максимализм» как раз характерен для первой квадры, представители которой не склонны поощрять негативные проявления человеческой натуры – агрессивность, ненависть и т.д. ;

В сфере науки: Хрущёв выделял большие деньги на науку и уж, тем более, не урезал учёным зарплаты – по этому поводу ему даже приписывают фразу: «Сокращать зарплату учёным – всё равно, что стричь свиней: визгу много, шерсти мало». Действительно, для СЭИ «абстрактная логика» + «интуиция возможностей» – ценности, хотя в этой области он далеко не эксперт и полагается на других. Одним из побочных результатов такого режима «наибольшего благоприятствования» стало появление слишком большого числа научных работников и инженеров, а также целой армии НИИ с сомнительными задачами. С другой стороны, и сам Хрущёв, поддерживая развитие перспективных направлений в науке, в то же время испытывал благосклонность к шарлатану Т.Д.Лысенко. Горбачёв же постепенно пустил науку в свободное плавание (СЭЭ интересуют только те проекты, которые дают немедленную практическую отдачу, что в соционических терминах можно описать как «деловую логику» + «интуицию времени» в качестве ценностей);

В отношениях с партийным аппаратом: Хрущёв пытался реформировать его «изнутри», выдумывая новые структуры, вроде СНХ, промышленных и с/х обкомов (непоследовательная, в 6-й позиции, «структурная логика») – Горбачёв же реформировал его «снаружи», давая свободу созданию параллельных структур, что теоретически должно было подстегнуть развитие партии путём конкуренции, но фактически стало причиной её разрушения – партия просто не была приспособлена к честной конкуренции (здесь мы видим проявление непоследовательной – опять же в 6-й позиции – «деловой логики»).

В общем, при чисто внешнем сходстве (оба «социалы», т.е. сенсорики-этики) – довольно много различий по сути (Горбачёв – экстраверт из 3 квадры, Хрущёв – интроверт из 1-й квадры).

Стр. 176. По Вашему мнению, Альберт Эйнштейн – «Дон Кихот, но с маской Достоевского».

С одной стороны, я двумя руками присоединяюсь к Вашей версии, что Эйнштейн – ИЛЭ. Ему же (вернее, его социотипу) были посвящены статья М.Стовпюк в СМиПЛ [Стовпюк] и её доклад на московской конференции в 2001 г., причём Марианна пришла к тому же выводу.

С другой стороны, не могу согласиться с тем, что он был «в маске Достоевского». Едва ли об этом может свидетельствовать его интерес к творчеству великого писателя – такие увлечения, как правило, внетипны. Что касается его тревоги по поводу влияния бомбы на цивилизацию, то она, по большому счёту, появилась у него довольно поздно – когда атом уже был выпущен на волю. В данном случае – это вполне трезвое понимание того, что бомба может принести людям. Замечу также, что если судить по Вашим критериям, то «маска Достоевского» к концу жизни проснулась у довольно многих учёных, занимавшихся разработкой оружия массового поражения – Э.Теллера, Р.Оппенгеймера, А.Сахарова и др.

Напротив, когда некий упомянутый Вами учёный-ИЛЭ заявляет, что ему плевать, в чьи руки попадут его разработки – тут он скорее действует по своему суперэго. Кто, как не СЭЭ, действует по подобному принципу всю жизнь, а не только в голодные минуты?

О весьма слабой «этике отношений» Эйнштейна свидетельствуют воспоминания о его отношениях с людьми, в том числе с самыми близкими. Весьма показательная подборка таких примеров приведена в книге П.Картера и Р.Хайфилда [Картер, Хайфилд]. ЭИИ обладает весьма высокой выдержкой в отношениях – настолько, что ему удается смягчить даже своего дуала ЛСЭ, который вечно «на взводе». Эйнштейн же постоянно «ломал дрова» в отношениях; даже со своей первой женой Милевой (вероятно, ИЛИ) он расставался «с кровью», иногда допуская при этом мелкую месть. Все те мелкие женские хитрости, на которые женщина идёт, чтобы сохранить отношения (или по другим соображениям), довольно легко понимаются и «раскусываются» этическими типами, Эйнштейн же их воспринимал как подвохи и приходил в ярость.

Так что если он и пытался в отдельные моменты играть роль ЭИИ – это у него получалось весьма скверно.

Стр. 208. «Если представить себе… вместо государства Грузия типичного грузина… таких людей относят к социотипу этико-сенсорный экстраверт, или ГЮГО».

Не могу согласиться с Вашей гипотезой об «интегральном социотипе» грузинской нации, равно как и с гипотезой о причинах проблем в Грузии. Могу взамен предложить свою гипотезу, которую Вы тоже вправе критиковать.

Грузины только в комедийных фильмах выглядят такими домашними и безобидными. На самом деле они очень вспыльчивы, и способны достаточно жёстко выяснять отношения в тех случаях, когда русский подумал бы «а оно мне надо?». Представления грузина о собственном достоинстве, по русским меркам, запредельные. Например, если русские нарушают правила дорожного движения исподтишка, то грузины вообще считают их немалым унижением для себя, поэтому светофоры в Грузии стоят только для вида, и пешеходу на них лучше не надеяться – так и умереть недолго. Во многие анекдоты вошли не только грузинское хвастовство, и щедрость (но не ежедневная, а опять же – когда есть чем похвастаться), но также и некоторая склонность к насилию. Все эти черты, на мой взгляд, свойственны скорее типу СЭЭ, чем ЭСЭ. Есть довольно характерные черты, отличающие грузин, например, от французов (в принадлежности интегрального типа которых к ЭСЭ пока мало кто из социоников сомневался). Скажем, французы довольно мелочны, даже скаредны. Грузины – наоборот, живут «нараспашку» и требуют того же от других. В советские годы в Грузии не было принято давать сдачу. Например, покупая в Грузии квас за 6 коп. и дав продавцу рубль, покупатель, как правило, сдачи не дожидался; если же он требовал с продавца сдачи, тот в ответ запросто мог швырнуть рубль в лицо и крикнуть «иди, нахлебайся на этот рубль!».

Грузины живут по праву сильного. И если к русским отношение дружелюбное (поскольку Россия – намного сильнее Грузии), то к разным другим народам, живущим в Грузии, оно весьма неоднозначно. В этом-то и основная проблема. Грузия – такая же многонациональная страна, как Россия. Собственно грузины (картвели) составляют около 60% населения, а остальные – это не только абхазы и осетины, заявившие о желании отделиться, но и сваны, лазы, мингрелы, аджарцы, абазинцы и т.д. Но грузин и помыслить себе не может, чтобы Грузия была федеративной – такой вот «мини-имперский синдром», возможно, связанный с программной «волевой сенсорикой». Даже в советские годы, несмотря на многонациональность Грузии, в её Верховном Совете процент этнических грузин намного превышал их процент к остальному населению Грузии. Не будучи грузином, о карьере в Грузии не стоит и мечтать – безнадёжно. Даже если породниться с каким-то известным грузинским родом – это мало что даст: тут у многих за столетия сложились кровные узы с целым десятком знаменитых родов! Даже сейчас, после прихода к власти М.Саакашвили, ряд депутатов грузинского парламента открыто упрекает премьера З.Жвания в том, что у него мать – армянка. И эти депутаты ещё смеют упрекать россиян в «великодержавном шовинизме»!

Перед любым реформатором Грузии неизбежно возникает проблема: в головах ещё крепко сидит память о великом царстве с почти трёхтысячелетней историей, и эта память для многих грузин заслоняет реальные экономические возможности страны. Возможно, мои слова прозвучат цинизмом, но пока Грузия не проиграет кому-нибудь войну, грузины так и не поймут, что реформы нужны не только в экономике, но и в головах.

Поэтому, на мой взгляд, проблема Шеварднадзе состояла вовсе не в том, что его тип якобы конфликтен этнотипу Грузии – напротив, он и сейчас пользуется в Грузии немалым уважением, поскольку умел замирять, казалось бы, совершенно противоположные интересы, даже притвориться мирным, чтобы потом нанести удар по противнику. Его проблема состояла в свойственной интроверту нерешительности. Когда ситуация непрерывно ухудшается, только «замирять» мало – надо действовать.

Экстравертом (ЭИЭ) был Звиад Гамсахурдиа, предшественник Шеварднадзе, и экстравертом (СЭЭ) является нынешний президент Саакашвили. Однако чересчур прямолинейные методы Гамсахурдиа (представителя 2 квадры), вплоть до пыток политических противников, только усугубили ситуацию, описанную выше. Остаётся надеяться, что Саакашвили сполна использует сильные стороны своего типа, тождественного грузинскому этнотипу – не только решительность, но и дипломатичность. По крайней мере, пишут, что «революция роз» во главе с Саакашвили была лишь финалом его долгих закулисных переговоров, и решающую роль сыграла не толпа народа, до этого безуспешно митинговавшая несколько недель, а переход «силовиков» на сторону оппозиции.

С. 211. «Полагаю, миссию замирения с Шеварднадзе Михаил Сергеевич воспримет с пониманием и успешно её осуществит».

Хотя за прошедший год проблема перестала быть актуальной, хотелось бы сказать несколько слов о дуальности между политиками. На мой взгляд, не только в политике, но и вообще в жизни дуальность полноценно проявляется лишь на близкой дистанции, в своей социальной группе. Для политики же это особенно характерно, что я и проиллюстрирую несколькими примерами.

И начать можно хотя бы с тех же Шеварднадзе и Горбачёва. Несмотря на свои соционические типы, несмотря на былую дружбу, уже в 1992 г. бывшие друзья разошлись довольно сильно, и не раз высказывали взаимные обиды в различных интервью. Конечно, дуальность дуальностью, но интересы их к тому времени стали настолько разными, что это сказалось и на отношениях.

Кстати сказать – не первый пример того, как дуальные отношения могут быть очень даже обострёнными. Например, Сталин, хоть и уважал Троцкого, и даже воплотил большинство его идей, но постоянно с ним воевал и критиковал. Тут несколько причин. Первая – субъективна: какой же ЛСИ любит, когда кто-то его так явно оттеняют? Вторая – объективная: конфликт во многом связан с составом тех групп, на которые опирались Сталин и Троцкий. Первый опирался на партработников из российской глубинки, большинство которых он сам подобрал в 20-е гг. – людей с консервативным укладом и кругозором, для которых он был безусловным царём и богом. Второй опирался на таких же, как он, «романтиков», т.е. авантюристов, примкнувших к революции, чьи взгляды представляли собой довольно широкий диапазон.

К этому можно добавить и такую деликатную проблему, как «национальный фактор». Ещё во время 2-го съезда РСДРП Сталин выступил со статьёй, где призвал устроить «небольшой погром» в партии, поскольку большинство меньшевиков были евреями. И действительно, позднее одним из результатов сталинских репрессий стало почти полное исчезновение евреев из партийного аппарата (ранее они составляли в нём едва ли не треть) и плохо скрываемый антисемитизм в государственной политике вплоть до перестройки [Солженицын]. Сталин совсем не случайно «подчистил» евреев под одну гребёнку с троцкистами – ведь Троцкий для них действительно был гораздо более «своим», и даже Каменев, якобы непримиримый политический противник Троцкого, был женат на его сестре.

Ещё можно вспомнить теперь уже общеизвестную симпатию Сталина к Гитлеру: опять же, дуальность дуальностью, но группы, которые они представляли (в данном случае – Германии и СССР) имели интересы настолько несовместимые друг с другом, что не могли не столкнуться в схватке. И от этого не спасала никакая дуальность. В то же время, ещё один ЛСИ, польский диктатор Пилсудский, был всю свою жизнь злейшим врагом Германии.

Вывод таков: когда речь идёт о государственных интересах, то интертипные отношения между лидерами стран играют роль «постольку, поскольку». Для сравнения: Хрущёв и Кеннеди были конфликтёрами, не были в состоянии договориться ни по одному мало-мальски важному вопросу – но когда наступил Карибский кризис, сумели-таки удержаться от войны – вернее, удержать своих не в меру ретивых военных.

С. 212. Вы относите к типу ЭИЭ бывшего иракского диктатора Хусейна.

Юрий Перель, впервые высказавший такое предположение, писал мне впоследствии, что, в общем, сам в нём не уверен – сделал его «на скорую руку». Сейчас довольно многие соционики склоняются к тому, что свергнутый диктатор относился к типу ЛСИ, как, кстати, и недавно умерший его «заклятый друг» Хафез Асад в Сирии.

Немало параллелей можно найти между Хусейном и Сталиным (в принадлежности которого к типу ЛСИ соционики не сомневаются), в то время как версия о типе ЭИЭ наталкивается на непреодолимые препятствия. Даже с точки зрения внешности: где у Хусейна эмоциональность? Каменно-непроницаемое, с однообразной мимикой лицо Хусейна резко контрастирует с тем, что вообще арабы – очень эмоциональный народ. Интонации Хусейна – ровные, без повышения голоса, выражения – лаконичные.

По-разному проявляется и подозрительность типов ЭИЭ и ЛСИ. У первого она, как правило, уходит в область личной гигиены (к примеру, везде, где должен был появиться Чаушеску, всё протирали спиртом; Гитлер не только испытывал брезгливость к мясным блюдам, но и заставлял своих соратников садиться с ним на вегетарианскую диету – по крайней мере, во время совместных с ним приёмов пищи), у Хусейна опять же подобного не наблюдали. Далее, ЭИЭ не сидится в рамках одной страны, он ведёт активную международную деятельность, причём не особо заботясь о мнении соседей (тот же Чаушеску сначала выступил против ввода войск в Прагу, затем поддерживал контакты с самыми «неоднозначными» режимами – от Франко и Пиночета до Пол Пота и Энвера Ходжи), Хусейн же закрыл свою страну железным занавесом.

В общем, судите сами.

Стр. 232 Здесь приведено мнение женщины, которую Вы относите к типу ЭСИ, о дворцах Петербурга: «не воспринимала фантастическую роскошь интерьеров, продолжая твердить только об одном: сколько же жизней загублено при строительстве всей этой красоты!».

Мне этот пример очень понравился. Но мой взгляд, это ещё один аргумент в «копилку» давнего спора киевских социоников об украинском этнотипе, а также о социотипе Тараса Шевченко. Дело в том, что у Шевченко есть поэма «Сон», где он пишет о роскоши Петербурга, в котором жил, точь-в-точь теми же словами!

Стр. 262-272. Здесь Вы пишете о Жириновском, которого относите к типу СЭЭ.

Это – единственный из функциональных портретов, вызвавший у меня сильнейшее несогласие.

Прежде всего, мне кажется, не совсем корректно выбраны критерии для Вашего противопоставления Жириновского Гитлеру. Вы считаете, что Жириновский не мог относиться к тому же типу, что и Гитлер, поскольку не добился того же успеха. Но давайте проанализируем отличия России 1990-х гг. от Германии 1930-х, и Вы сами увидите, что повторение нацизма в России маловероятно – в ней совершенно иная социальная база! Вот только несколько примеров:

1) несколько десятилетий до прихода Гитлера Германия находилась в состоянии небывалого ранее промышленного роста, что сопровождалось всплеском рождаемости: 3, 4, 5 детей были не редкостью для тогдашней немецкой семьи. Немцы были морально готовы к тому, чтобы пожертвовать частью этого населения в войне – людей было слишком много, 70 миллионов – лишь немногим менее, чем в современной ФРГ. Немецкие товары славились на весь мир качеством, но их было некому продать – рынки были поделены в основном между Англией и Францией.

Напротив, советская экономика к концу ХХ века уже несколько десятилетий развивалась только за счёт экстенсивного, хищнического освоения природных ресурсов, причём качество было далеко не главным критерием – плановая экономика опиралась на количество. И рождаемость начала понемногу снижаться уже в годы перестройки, а то, что она так сильно упала в 90-е гг. – это следствие вовсе не низкого уровня жизни, а скорее инфантильности поколения, воспитанного в брежневские годы, которое перед возникшими трудностями элементарно спасовало (ну и контрацептивы стали широко доступны – тоже фактор). Может ли себе позволить большую войну государство, чьё население так катастрофически сокращается? Ясно, что не может.

2) Германия всегда была довольно однородным по национальному составу государством (в отличие даже от соседней Австрии, состоящей в основном из «онемечившихся» славян и венгров; даже у Гитлера в роду то и дело мелькали чешские фамилии – Непомук, Роубал и т.д. [Ширер]). Россия же только к концу ХХ в. начала становиться более-менее монолитной, и то национальные меньшинства, даже без учёта нелегальных мигрантов из других стран СНГ, сейчас составляют не менее трети населения – где тут простор для национализма?

3) В Германии начала ХХ в., как и в России тех же времён, наибольшим спросом пользовались 2 профессии – высококвалифицированный рабочий и высококвалифицированный солдат (при том, что в несколько раз больше было предложение неквалифицированных рабочих). В России к концу ХХ в. профессия рабочего теряет престижность, хотя бы по той причине, что производство начинает автоматизироваться, возникает потребность в более интеллектуальных профессиях. Т.е. нет прежнего спроса сразу на 2 сильные функции типа ЛСИ, на который, собственно, и опирались и Гитлер, и Жириновский.

По этим трём и ряду других причин на диктатора вроде Гитлера России пока рассчитывать не приходится – не та почва.

Верно Ваше предположение о том, что партия Жириновского была искусственно создана во времена перестройки в качестве «карманной оппозиции». Для их пресс-конференций им даже предоставлялся конференц-зал ЦК КПСС, статьи и выступления Жириновского публиковались в журналах ЦК КПСС «Коммунист», «Диалог» – кто из настоящих оппозиционеров, даже членов КПСС, мог на это рассчитывать?

Но Жириновский был делом рук не Горбачёва, а как раз того консервативного большинства в ЦК, которое и организовало путч. Горбачёв, вместе с Шеварднадзе и Яковлевым, тихой сапой создавали свою партию (забыл её название, что-то вроде «Союз демократических сил»), куда собирались уйти после подписания нового Союзного договора. Жириновский, напротив, был одним из первых, кто поддержал августовский путч в 1991 г. А вот 1993 г. он, наоборот, выступил против путчистов, потому что понял, что атмосфера изменилась.

Теперь рассмотрим версию о типе СЭЭ.

Стремление к завоеванию большего пространства – не совсем корректное описание кредо СЭЭ. Этот тип скорее мастерски умеет играть на противоречиях между людьми, при этом прихватывая довольно крупные куски и сталкивая лбами других заинтересованных в этом имуществе. В то же время, СЭЭ стремится выглядеть добрым в глазах максимального количества сторон (отсюда и нечёткость, расплывчатость, эклектичность политической позиции как Горбачёва, так и Юлия Цезаря).

Наоборот, вспомним Гитлера – он прямо и недвусмысленно заявляет в своей книге «Моя борьба» о необходимости завоевания всё большего пространства для Германии. И что – по Вашим критериям, его следует отнести к типу СЭЭ? Гитлера, кстати, тоже довольно долго не воспринимали всерьёз, думали «как можно высказывать такие взгляды в цивилизованной стране». Но цивилизованность – это одно, а совсем другое – потребность немцев в пространстве, которая, по большому счёту, и сейчас не пропала, только силы уже не те – молодёжи мало, стариков много. Вы много путешествовали, бывали за границей – может быть, Вы видели когда-нибудь немецкий лес? Там просеки через каждые 300 м, ничего дикого не осталось совершенно. Последние немецкие волки живут в зоопарках – в дикой природе они истреблены. Немцы освоили Германию вдоль и поперёк.

И наоборот, когда Жириновский заявил о необходимости захвата новых территорий – это чуть не стало началом конца его политической карьеры. Русские и так приобрели слишком много территорий – куда больше, чем они способны освоить. Но как раз проблема освоения территорий, вполне посильная для сенсориков, пугает Жириновского – он, наоборот, несколько раз выступал в Думе с паническими предложениями об эвакуации жителей северных районов. Для сравнения, сенсорик Абрамович не испугался проблем Чукотки – наоборот, для него она превратилась в своего рода мини-оффшор.

Идеология национализма вовсе не является специфичной для типа ЭИЭ. По жизни этот тип –«лицедей», и идеология – лишь один из вариантов этого амплуа, а национализм – лишь одна из идеологий. В зависимости от культурной среды идеология, которую проповедует ЭИЭ, может иметь совершенно разное наполнение. Общей является бескомпромиссность, с которой они противопоставляют новое учение старому – «не мир я принёс, но меч»! Такая бескомпромиссность оправдана тем, что идеология, которую проповедуют ЭИЭ, рождается во времена кризисов. И «кризисность» идеологии Жириновского – это та черта, которая роднит его взгляды со взглядами Гитлера, а с другой стороны – со взглядами Бабурина, Алксниса и прочих ЭИЭ в российской политике. Кризис означает, что жить по-старому невозможно, а по-новому – страшно: слишком многие прежние отношения ломаются, а вместе с ними отмирает и сама старая мораль. А отсутствие привычной морали, как правило, приводит к большой крови. И пойти на такую кровь люди способны, только если личность идеолога обладает непререкаемым авторитетом. Дальше возможны разные варианты. ЭИЭ-идеолог может пойти лёгким путём, направив свою идеологию на злободневные проблемы и оставшись в истории крупным или мелким диктатором (Гитлер, Франко, Чаушеску) или неудачным политическим авантюристом (Троцкий, Томас Мюнцер); может, наоборот, переоценить свои силы и объявить себя «пророком», обладая весьма посредственными способностями – и в результате прогореть (как лидер «Белого братства» Кривоногов); но те из них, кто сумел отказаться от мирских соблазнов и побороть своё тщеславие – те вошли в историю, как Иисус Христос, пророк Мухаммед, Заратустра.

А вот идеология СЭЭ эклектична. Чаще всего СЭЭ предпочитает обходиться вообще без чётких идеологических вех. Выступления Горбачёва, как и его статьи – очень невнятны, в них одни общие рассуждения. И это понятно – ведь СЭЭ хочет остаться «добрым для всех», оставить за собой возможность лавировать между самыми разными политическими группировками – а для этого нужно не загонять себя в жёсткие рамки, из которых потом будет трудно выпутаться [Перель, Долгопольская]. Характерным примером СЭЭ в современной российской политике является лидер блока «Родина» Дмитрий Рогозин .

СЭЭ – сенсорик, а потому довольно уверенный в себе человек. Так и Горбачёв не растерялся, когда к нему приехали путчисты, а, по его словам, послал всех матом. Совсем не таков Жириновский. Лимонов, сам по типу ЭИЭ, довольно быстро раскусил его, пообщавшись с ним некоторое время [Лимонов]– Жириновский труслив, паникёр, довольно впечатлителен, его агрессивность – напускная («Бегите!... А то я сам побегу»), и реализма ему как раз не хватает (но это компенсируется невероятной энергией, которая, опять же, вовсе не является чуждой «линейно-напористым» типам: вспомним, что и Гитлер сумел найти для своей партии весьма влиятельных финансовых покровителей, пообещав им защищать их интересы).

По моим личным впечатлениям, «брать, а не давать» СЭЭ может сказать разве что в узком кругу – на людях, наоборот, он чрезвычайно осторожно относится к своей репутации, и это роднит его с ЭСИ. И наоборот, ЭИЭ, чтобы завести толпу, может крикнуть и не такое (толпа – она толпа и есть, ей можно обещать то, что она сейчас хочет).

Внешность. В этом аргументе, на мой взгляд, Вы допустили максимум натяжек. Прежде всего, та фотография Жириновского, которую Вы привели в главе, весьма показательна – достаточно там ему чуть-чуть «сдуть щёки», приклеить усики – и вот перед нами вылитый Гитлер. Глаза же СЭЭ – не мрачные и озабоченные, как у Жириновского на большинстве фотографий, а наоборот – игривые, лукавые (кроме Горбачёва, можно вспомнить известного предпринимателя Довганя, который много раз прогорал, но неизменно возрождался в новом качестве – сначала «фирменный хлеб», затем водка «Довгань» – «самая чистая в мире», спонсирование игры «Что? Где? Когда?», затем «Школа успеха Довганя» и т.д.).

«Аристократизм» поведения ЭИЭ – натяжка, вызванная толкованием признака «аристократизм – демократизм», довольно далёким от первоисточника (статьи Аугустинавичюте о признаках Рейнина). Выделяться чем-нибудь, даже, грубо говоря, выпендриваться, ЭИЭ действительно любят – но у одних это действительно выглядит аристократично, а у других – как шутовство (как у Райкиных или у актёра Джима Кэрри). Возможно, играет роль среда, в которой конкретный ЭИЭ вырос. При этом ЭИЭ вполне способен говорить с крестьянином – по-крестьянски, с рабочим – по-рабочему, с банкиром – по-банкирски, ловко усваивая стереотипы поведения, свойственные разным группам. Ближайший друг Гитлера, Альберт Шпеер, в своих воспоминаниях приводит эпизод, как в 1934 г. Гитлер поехал на инспекцию войск, начал общаться с солдатами – беседа очень быстро стала оживлённой, весёлой, непринуждённой, с «солёным» солдатским юмором; окружавшие Гитлера генералы были шокированы таким нарушением субординации, и с тех пор старались ограждать фюрера от общения с народом [Шпеер].

Ну и наконец – едва ли можно отнести к типу СЭЭ как Наполеона Бонапарта, так и Александра Македонского. Как мне кажется, статья Ю.Переля и И.Долгопольской, написанная почти 15 лет назад, довольно чётко показывает, почему Наполеон не был «Наполеоном» [Перель, Долгопольская].

Далее в Вашей книге идёт раздел «16 слов, которые нам внушил Создатель», с кратким перечнем наиболее ярких, по Вашему мнению, представителей каждого из типов.

Это, на мой взгляд, один из наиболее слабых разделов Вашей книги. Насколько сильны Ваши функциональные портреты (даже несмотря на моё несогласие по поводу Жириновского) – настолько спорными становятся версии, когда Вы пытаетесь типировать «на глазок» и «охапками». Здесь возражение вызывает чуть ли не каждая страница.

Стр. 301. «Для Дон Кихота, представить которого в конкретном облике нам помогут Константин Циолковский или Джон Леннон…»

То, что я знаю о Ленноне, трудно назвать «экстравертными» качествами. Скорее всего, он был не ИЛЭ, а ИЛИ, или даже СЛИ. Вот Маккартни – тот, вполне возможно, был СЭИ или ЭСЭ. История отношений Леннона и Маккартни – вовсе не идиллия дуализации, а череда постоянных конфликтов, которые до поры до времени смягчали остальные участники группы.

Стр. 303. «ГЮГО… Наталья Гундарева».

Скорее СЭЭ. Опять же, ЭСЭ – довольно суетливы, Гундарева же как скажет – так и припечатает, и вообще вальяжна, нетороплива, уверена в себе.

Стр. 305. «…БАЛЬЗАКОВ – таких, как Леонид Парфёнов»

Трудно найти менее удачный пример для данного типа – напротив, более яркого экстраверта, чем Парфёнов, вообще трудно сыскать. Его энергия, умение оказаться в самых необычных местах вообще стали притчей во языцех. Классические ИЛИ на ТВ – это, например, ведущий программы «Однако» Максим Соколов – неторопливый, скептичный, не обрушивающий на слушателя лавину фактов, а наоборот – неторопливо и едко рассматривающие один и тот же факт под разными углами зрения.

Что же касается Парфёнова, то он не только экстраверт, но ещё и сенсорик. В своих интервью он, кстати, довольно подробно описывал свои вкусы, и едко прошёлся по костюмам других ведущих. В то же время, когда речь заходит о личных отношениях, о семье – закрывается наглухо. Да и стиль его передач очень характерный: воссоздание событий в деталях, которые можно буквально пощупать. На мой взгляд – скорее всего, ЛСЭ.

Стр. 306. «Таково соционическое амплуа ДЖЕКОВ (мысленно представим себе обоих президентов Бушей) … Мы не раз видели таких людей – Нейл Армстронг, Джулия Робертс».

Ещё 14 лет назад уже упомянутые мной Перель и Долгопольская опубликовали статью с соционическим анализом Буша-старшего, отнеся его к типу ЛСЭ (не могу привести ссылку, но помню, что материал был перепечатан в сборниках киевского Международного института соционики). За прошедшее с тех пор время вроде бы не всплыла новая информация, позволяющая изменить о нём мнение. Бушу-старшему совершенно не свойственна предприимчивость ЛИЭ – напротив, ему свойственна осторожность и консервативность, связанная с функцией «интуиция времени» на 4-й позиции.

Что же касается Буша-младшего, то он – представитель типа ЭИЭ. И в российской политике у него есть своего рода «аналог» не только по манерам, но даже по внешности – Виктор Анпилов.

Обе свои избирательные кампании Буш вообще вёл не очень традиционно для американцев: он общался на уровне эмоций, он не пытался оперировать фактами, логикой – в них он был откровенно слаб. Когда Бушу задавали вопросы на подобные темы, он отшучивался или отвечал штампами. Сила Буша – в том, что будучи слабым в логике и сенсорике, он окружил себя логиками и сенсориками, взявшими это на себя (Ричард Чейни, Дональд Рамсфелд, Том Ридж и другие). Причём большинство этих логиков-сенсориков относились ко 2-й квадре, как и сам президент – а вот Колин Пауэлл (ЛСЭ), напротив, оказался в его команде «белой вороной», хотя именно его усилия во многом смягчили в мире отрицательное мнение о США, вызванное агрессивностью Буша.

Сам же Буш в первую очередь «накручивал» американцев по поводу поиска внешних врагов. Т.е. он либо играл роль «своего парня» – либо, наоборот, создавал состояние тревоги, но и в том и в другом случае действовал по функции «этика эмоций».

Вообще, даже внешняя разница между старшим и младшим Бушем столь сильна, что вызывает удивление, как Вы могли отнести их обоих к одному типу.

Стр. 306. «Валерий Комиссаров или Алла Демидова представляют облик ДРАЙЗЕРОВ».

В.Комиссаров – на мой взгляд, скорее ЭСЭ, чем ЭСИ – уж больно суетлив и эмоционален, носителям программной «этики отношений» это едва ли свойственно.

Стр. 306 – 307. «Штирлиц. Такой, к примеру, как Александр Ширвиндт»

Медлительный, неповоротливый, рассудительный и скептичный Ширвиндт, всем своим обликом напоминающий типичного игрока «Что? Где? Когда?», на мой взгляд – ИЛИ, как, кстати, и многие игроки этой телепередачи, в том числе и её новый ведущий Борис Крюк.

Подумалось ещё, уж не имидж ли британского джентльмена, который так любит использовать Ширвиндт, заставил Вас отнести его к типу ЛСЭ? Творческую «сенсорику ощущений» ЛСЭ можно иногда спутать с хорошо натренированной ролевой «сенсорикой ощущений» ИЛИ, если судить только по внешней элегантности. Однако есть и ещё одно характерное различие между двумя различными положениями данной функции: у ЛСЭ она сопряжена с «волевой сенсорикой»в 8-й позиции, которая работает «на автомате» и проявляется в виде постоянного мобилизующего волевого давления на окружающих, чтобы те не «расслаблялись», а также в виде демонстративной собственной энергичности и подтянутости. Для ИЛИ, напротив, «волевая сенсорика» является суггестивной функцией, по которой он гибок и уступчив, излишняя энергичность может даже насторожить и напугать его дуала СЭЭ – а потому типичный ИЛИ, как и Ширвиндт, выглядит обычно расслабленным, готовым к компромиссу. По-разному проявляется и «деловая логика»: ЛСЭ, как экстраверт, резок и критичен (как покойный ведущий «Что? Где? Когда?» Ворошилов или бывший премьер Англии Маргарет Тэтчер) – ИЛИ, как интроверт, скептично-ироничен, выйти из себя он может разве что на очень близкой дистанции – опять-таки, Ширвиндту чаще свойственно именно второе.

Стр. 308. «Александр Розенбаум или Маргарита Терехова воплощают его (ГАБЕНА) типные ценности».

Розенбаум – скорее ЛСИ. Розенбаума всё в какие-то высокие эмоции тянет, в трагические тона, в воспоминания о «былых идеалах», в то время как СЛИ склонен гасить избыточную эмоциональность, иногда переводя серьёзный разговор в шутки – почти так же, как и только что упоминавшийся тип ИЛИ с той же функцией в «болевой» позиции.

Стр. 323. Раздел «Пособия для интеллектуалов и донжуанов».

О книге Т.Прокофьевой [Прокофьева] Вы пишете, что она представляет соционику «в более достоверном свете, чем многие предыдущие». Разумеется, все соционики – люди, и у всех социоников есть свои субъективные симпатии. Но поскольку данный раздел посвящён, как Вы пишете, именно учебникам по соционике, личные симпатии и вообще субъективность здесь скорее играют отрицательную роль. Ведь слово «учебник» подразумевает высокую планку требований – гораздо выше, чем для просто популярных изданий.

Отвечает ли данным требованиям книга Прокофьевой? И по сравнению с чем она является «более достоверной»?

За почти десять лет до этой книги были выпущены, и довольно большим тиражом, достаточно подробные пособия по соционике В.В.Гуленко и А.А.Молодцова, Е.С.Филатовой [Гуленко, Молодцов; Филатова] и других авторов, в которых были приведены не только юнговские признаки, но и описания юнговских функций, Модели А, функциональный анализ типов – всё то, чем соционика отличается в лучшую сторону от американского типоведения. В книге Прокофьевой всего этого нет – только описание 4 юнговских признаков. Но даже в таком небольшом материале допущен ряд серьёзных ошибок. К примеру, описание признака «рациональность/иррациональность» от Прокофьевой содержит почти дословные цитаты из описания признака «статика/динамика» (он же «индуктивность/дедуктивность») из работ Аугустинавичюте «О дуальной природе человека» и «Теория интертипных отношений» [Аугустинавичюте, стр. 151-152, 234]. К чему приводит такая подмена? К путанице квазитождественных типов: к тому, например, что Вам в дуалы будут предлагать не иррационала СЛЭ, а «дедуктивного» (т.е. динамика) ЛСЭ.

Кроме того, из текста книги Прокофьевой можно понять, что соционика является дальнейшим развитием теории Майерс-Бриггс, что попросту неверно: Аушра Аугустинавичюте с этой теорией вообще не была знакома до 1985 г. (о чём Вы наверняка и сами знаете, как один из первых социоников). Более того, я в течение последних нескольких лет провёл библиографическое исследование, пытаясь найти упоминания типологии Майерс-Бриггс в советских источниках до 1984 г. [Шнейдерман] – их не было! Если где и упоминалась юнговская типология, то лишь в её «швейцарском» варианте. Между тем, первая статья по соционике («Модель информационного метаболизма») была опубликована уже в 1980 гг. [Augustinaviciute], причём описанная ей модель по ряду параметров вступала в противоречие с идеями Майерс и Бриггс [см.. напр., Букалов].

В данном контексте, как мне кажется, фраза «в более достоверном свете» звучит не очень корректно.

В разделе «Есенину Джеком не стать никогда» Вы опять пишете о политике.

Здесь опять – типирование целых групп политиков по непонятно каким критериям – (как бы пригодились Ваши функциональные портреты именно при обсуждении такой серьёзной темы – но увы…). В своих рассуждениях Вы опираетесь на гипотезу Гуленко о чередовании у власти только 2 и 3 квадр. Но ведь на сегодняшний момент – это только гипотеза. И необходимо вспомнить, при каких обстоятельствах она сформировалась.

Я ещё помню начало 1990-х годов в Киевском клубе соционики, когда Гуленко вполне оптимистично высказывался и о 4-й квадре, и об идеальных руководителях стабильного общества – выходцах из этой квадры (в качестве примеров он приводил М.Тэтчер, Г.Коля и др.). В то время из только что сформулированной гипотезы о смене квадр в истории киевляне делали вывод, что период второй квадры закончился вместе со Сталиным, третьей – вскоре закончится вместе с Ельциным, и вот-вот наступит «золотой век» четвёртой квадры. Не буду сейчас обсуждать корректность самой гипотезы и положенных в её основу тезисов. Важно лишь, что вскоре соционики стали замечать серьёзные расхождения между соционическими прогнозами [см., например, Соцiонiка: час України] и реальностью. Виктор Владимирович заметил эти расхождения одним из первых. Однако свойственная ему категоричность, на мой взгляд, увлекла его в другую крайность – в полное отрицание роли 1 и 4 квадр в истории [Гуленко: Квадральные ценности], почти полную переоценку собственных ранних взглядов, а также категорическое «перетипирование» многих известных людей, ранее им же отнесённых к иным типам [ср. Гуленко, Молодцов – и Гуленко, Облик]. Хотя на мой взгляд, вместо подобной категорической «смены вех», фактически изолировавшей школу Гуленко от ряда других направлений в соционике [Бухвалов], можно было пойти гораздо более простым путём – критически проанализировать возможные ошибки, допущенные социониками в их исторических исследованиях.

Весьма спорным является исходный пункт концепции Гуленко – понимание 2 и 3 квадр (с «волевой сенсорикой» в качестве ценности) как «сильных», а 4 и 1 – как «слабых». Если уж исходить из данных психофизиологии, то далеко не бесспорным является само понятие «волевая сенсорика»: сенсорика связана с активностью коры головного мозга, прежде всего затылочных долей, а воля – с подкорковыми железами амигдалой и гипоталамусом [Таланов, Малкина-Пых]. Нелишне вспомнить, что ещё Юнг в «Психологических типах» и «Тэвистокских лекциях» указывал, что понятие «воля» едва ли связано с предложенными им 4 функциями (сенсорикой, интуицией, мышлением и переживанием) [Юнг], да и в работах Аугустинавичюте можно найти ремарки на ту же тему. (Остаётся лишь высказать сожаление, что хотя соционика напрямую касается механизмов человеческой психики, однако соционические работы, опирающиеся на данные психофизиологии, можно пересчитать по пальцам).

Если же говорить о квадрах у власти, то на мой взгляд, и 2, и 3 квадры неэффективны, когда речь идёт о выживании в условиях жёсткой экономии ресурсов (и в первую очередь человеческих) – это неизбежно приводит к краху системы. Это неудивительно – «волевая сенсорика» (буду по традиции продолжать использовать этот термин) направлена на расширение территории, освоение новых ресурсов, в общем – экстенсивный, а не интенсивный способ хозяйствования. Развитию новых технологий препятствует плановая система (при 2 квадре), а отчасти препятствует и погоня за быстрыми деньгами (при 3-й). Наоборот, Англия, Япония, Финляндия – типичные примеры культур 4 квадры, выживших именно в условиях катастрофической нехватки ресурсов, суровых природных условий и сурового, враждебного окружения. ЛСЭ или СЛИ едва ли придут к власти, пока есть возможность бесконтрольного расхода ресурсов (как в России); однако даже в такие периоды они оказываются вполне эффективными уже во втором эшелоне власти, где происходит управление ресурсами.

Да и 1 квадра, на мой взгляд, вполне способна оказаться у власти – особенно в те моменты, когда постепенно происходит смена общественных ценностей, притом, что старые структуры всё ещё сильны – тогда нахождение у власти становится просто не престижным для «силовых» квадр, представители которых уходят в бизнес, в армию и т.д. Кстати сказать, ознакомившись с биографиями деятелей Американской и Французской революций, я вполне согласен с Аугустинавичюте, что основные их деятели относились именно к 1 квадре. Для «силовых» квадр полномочия тогдашнего американского правительства были слишком эфемерны, а потому непривлекательны. Перелом произошёл, пожалуй, только в 30-е гг. XIX в.

Аналогично и с деятелями Французской революции – покусившись едва ли не на все общественные ценности того времени, занявшись хаотичным истреблением аристократии, они так и не сумели укрепить свою собственную власть, и были сметены Термидором (а отчасти и перебили друг друга). Из всех революционеров 1 квадры удержался и выжил только Лафайет, с самого начала трезвее других понимавший расстановку сил, а потому критично относившийся к революции. Мне кажется, нечто подобное было и с деятелями Октябрьской революции – 2 квадра вышла на первые роли далеко не сразу, а лишь по мере углубления преобразований. 1920-е гг. стали лебединой песней внутрипартийной демократии.

Стр. 372. «Если анализировать современных политических лидеров России…»

Здесь очень трудно спорить, потому что совершенно неясны мотивы отнесения Вами политиков к тому или иному типу. Насколько сильными являются Ваши главы с функциональным анализом социотипов – настолько слабой является глава, где Вы пытаетесь решить сложные проблемы упрощёнными, умозрительными методами, «охапкой» относя политиков к каким-то типам, исходя только лишь из их политических взглядов.

Стр. 404. «Однако советы типа такого: «Достоевскому» рекомендуется работать грузчиком (подставляя под удар слабую волевую сенсорику – С.К.)...»

У меня у самого немало претензий к упомянутой Вами книге Ю.В.Иванова [Иванов]. В частности, в ней допущено невероятно большое количество опечаток – автор даже в нескольких местах по-разному пишет фамилию Аугустинавичюте (уж лучше бы пользовался её псевдонимом Аугуста, который проще и написать, и запомнить).

И всё же, как раз критикуемый Вами фрагмент я бы вовсе не отнёс к слабым местам книги. ЭИИ-грузчик – вполне реальная картина. И «волевую сенсорику» Достоевского такая работа не нагружает. «Волевая сенсорика» – это расширение контроля над пространством, а тут в чистом виде «сенсорика ощущений», причём нагрузка на эту функцию – однообразная, не требующая творческих реакций (мне знакомы представители этого типа, работающие охранниками, мастерами автосервиса, водителями, успешно справляющиеся со своими «белосенсорными» обязанностями, и даже когда-то был знаком один бандит). А вот типу СЛЭ, с его сильной «волевой сенсорикой», наоборот, подобная работа вскоре опротивеет, так как не будет удовлетворять его стремление к повышению статуса.

Весьма удачной является концовка Вашей книги – задача о соционическом типе ТВ-продюсера Евгения Киселёва.

Анализ его типа проведен вполне корректно, и я уверен, что читатели, ознакомившись с примерами функционального анализа на предыдущих примерах книги, легко эту задачку «щёлкнут».

Вот такие мысли и замечания родились у меня в ходе чтения Вашей книги. Ещё раз хочу отметить, положительных моментов, несмотря на критику, было достаточно много. Очень грамотно, легко и понятно изложено содержание соционических признаков и функций. Книга написана лёгким и доступным языком. И я был бы рад, если Вы сможете высказать встречные соображения по поводу высказанных мной мыслей.

Литература.

  1. Аугустинавичюте А. Соционика: Введение. М. – СПб.: Terra Fantastica, 1998. – 444 с.
  2. Букалов А.В. Соционика, типологии Юнга и Майерс-Бриггс: сходства и различия // «Соционика, ментология и психология личности», 1998, № 4, стр. 24 – 32.
  3. Букалов А.В., Бойко А.Г. Соционика: тайна человеческих отношений и биоэнергетика. – К.: "Соборна Украина", 1992. – 78 с.
  4. Бурлацкий Ф. Вожди и советники. М. 1990.
  5. Бухвалов Д.В. Уроки чтения // «Психология и соционика межличностных отношений», 2004, № 9 (?); см. также: «Соционическая газета», 2004, № 8.
  6. Гинзбург В.Л. О науке, о себе и о других: Статьи и выступления. 3-е изд., дополненное. – М.: Издательство физико-математической литературы, 2003. – 544 с.
  7. Гуленко В.В. Квадральные ценности. Психологические корни социального неравенства // «Соционика, ментология и психология личности», 2000, № 2, стр. 13 – 27.
  8. Гуленко В.В. Облик русского реформатора. Социоанализ кризисных явлений в обществе // «Соционика, ментология и психология личности», 1999, № 5, стр. 42 – 52.
  9. Гуленко В.В., Молодцов А.В. Соционика для руководителя – В 2-х книгах. – 2-е изд. – Киев: МЗУУП, 1993. – 128 с.
  10. Иванов Ю.В. Деловая соционика. – М. 2001. – 184 с.
  11. Карпенко О.Б. Личность Петра I с точки зрения соционики // «Соционика, ментология и психология личности», 1996, № 4, стр. 45 – 53.
  12. Картер П. Хайфилд Р. Эйнштейн: частная жизнь. – М.: «Захаров» – АСТ, 1998. – 368 с.
  13. Лимонов Э. Лимонов против Жириновского. М. 1992.
  14. Лытов Д.А. Проблема темперамента в соционике (обзор) // «Психология и соционика межличностных отношений», 2003, № 7, стр. 43 – 49; см. также: «Соционическая газета», 2003, № 11 (14).
  15. Перель Ю., Долгопольская И. Кремлёвский канатоходец // «Пятница», Тель-Авив, март 1991. Перепечатано: «Собрание» (приложение к «Независимой газете»), Москва, № 10, 1991.
  16. Перель Ю., Долгопольская И. Соционические портреты исторических деятелей – сенсорных экстравертов (Наполеон Бонапарт, Гай Юлий Цезарь) // «Соционическая газета», 2004, № 7 (34).
  17. Прокофьева Т.Н. Соционика. Алгебра и геометрия человеческих взаимоотношений. – М.: "Гном-Пресс", 1999, 108 с.
  18. Радзинский Э. Сталин. М.: 1997.
  19. Солженицын А.И. Двести лет вместе. Т. 1-2. М. 2003.
  20. Соцiонiка: час України. – Тернопiль: Рухiнформ Центр, 1991.
  21. Стовпюк М.Ф. Бор и Эйнштейн: ТИМ и внетипные отличия // «Соционика, ментология и психология личности», 2002, № 3, стр. 32 – 43.
  22. Стратиевская В.И. Как сделать, чтобы мы не расставались. Руководство по поиску спутника жизни (соционика). – М.: Издательский Дом МСП, 1997. – 496 с.
  23. Таланов В.Л., Малкина-Пых И.Г. Справочник практического психолога. – СПб.: Сова, М.: ЭКСМО, 2002. – 928 с.
  24. Таратухин С.А. К вопросу об идентификации типа супруги 42-го президента США Билла Клинтона – Хиллари Клинтон // «Соционика, ментология и психология личности», 1997, № 6, с. 49 – 50.
  25. Филатова Е.С. Искусство понимать себя и окружающих. – СПб.: Дельта, 1999. – 368 с.
  26. Ширер У. Взлёт и падение третьего рейха. Т. 1. М. 1991.
  27. Шнейдерман Б. Психология программирования: человеческие факторы в вычислительных и информационных системах. – М.: "Радио и связь", 1984.
  28. Шпеер А. Воспоминания. М. 1997.
  29. Шульман Г.А. Картина интертипных отношений // «Соционика, ментология и психология личности», 1998, № 1, стр. 43 – 56; № 2, стр. 27 – 45; № 5, стр. 50 – 63.
  30. Юнг К.Г. Аналитическая психология: теория и практика. Тавистокские лекции. – СПб.: Б.С.К., 1998. – 211 с.
  31. Augustinaviciute A. Informacinio metabolizmo modelis // Mokslas ir technika, Vilnius, 1980, № 4. На русском языке опубликовано: Аугустинавичюте А. Модель информационного метаболизма // «Соционика, ментология и психология личности», 1995, № 1, стр. 4 – 8.

 

Игры - играть в приключения.